Под бомбами, огнём и на морозе

Мистер Поттер отметил, что так называемые навозные бомбы – очень неплохое оружие от всяких слизней. И затем использовал оные бомбы против компании Малфоя ещё дважды.

Сначала Гарри применил обычный подрыв, но тогда почти всё принял на себя шедший впереди чрезвычайно широкий мистер Крэбб. Его возмущение было очень громким, и это единственное, что стоило бы отметить. Нет, заляпанность остальных имела место, это тоже следует отметить!

Зато превосходный эффект получился с забрасыванием сразу двух штучных изделий в туалет, когда туда заходила вся троица: сначала Крэбб, потом наследник, сзади – Гойл. И когда Гойл собирался закрыть дверь, Гарри и метнул, обе бомбы. Из-под мантии-невидимки, само собой. А потом закупорил дверь чуть менее простеньким запирающим заклинанием.

Ух, сколько энергичных выражений и движений доносилось из-за двери! И визгливый голосок хорошо дверь пробивал, и басы крепко выражались, и плечи с ногами наружу ломились. Да только куда там!

Малфой не скоро догадался про чуть хитренькое заклинание, где Аллохомору нужно было дублем усиливать, трижды. Ха, наследничек протупил, при стрессе плоховато соображает, молодец, и здорово обтекал…

Навозная бомба – сильная вещь, даже на открытом пространстве ароматом крепко душит, стойкий он у неё. А уж в закрытом помещении эффект был особенно заметен, да ещё от двух бомб подряд!

Малфой даже обед пропустил, это очень приятно было увидеть, особенно Рону! Телохранители ничего, на обеде были изрядно крепки духом, но догадались сесть подальше от остальных. А старшекурсники сразу применили ароматизирующее заклинание, на весь стол, оно же не из сложных.

Ну а Драко просто не решился в неароматном виде предстать, на конфетках до ужина просидел. И мантию, унавоженную и заблёванную, потом выкинул. Тихо в тот день было за обедом, не приставал никто. Так и стишок-лимерик ехидный сэкономил, на следующий раз!

Зельевар пробежал по паpкету,

Удивлён, что нигде стёкол нету,

Только бомб аромат,

Слизни раком стоят…

Гарри их приучал к этикету.

В общем, мистер Поттер почти весь третий курс носил в сумке одну, а иногда и две навозные бомбы, или каломины, как почти изящно выражалась Гермиона. И порошок мгновенной тьмы, и чихательный ещё, и рыгательный, и ещё помрачающий порошок, пусть тридцатисекундного действия. Да за полминуты маг под помрачением такого натворит! Или маги...

Эх, надо бы тогда кислоту носить тоже, раз такое сильнодействующее средство! В школе сильной кислотой нельзя, зачастую, а органической – запросто, хоть всё время. Раз её в виде приправы используют. А насколько она там концентрированная, это второй вопрос…

Пригорелое фритюрное масло с кухни, наливаемое в карманы, волосы и сумки, хорошо действует, но и Малфой ловок чиститься. Квалификация слизня растёт! Может, тогда концентрированный уксус в сумку с книгами, с помощью Добби? Или быстро нейтрализуют, вещь-то распространённая в обоих мирах, раз запах сразу выдаст?..

Может, Филча лишней бомбой унизить, за всё хорошее? Да ну его, есть кандидатуры и подостойнее. А Филч такой… отстойный, и всё! Если человек добровольно себя калом намазывает, для здоровья, что ты с ним сделаешь? Отойдёшь подальше, да и всё, вот наш правильный ответ!

***

Бояться большого пожара в Хогвартсе особых оснований не было. Домовиков больше сотни, аналог Агуаменти знают, очищение воздуха от дыма знают, завалы разбирать умеют, аппарировать с учениками умеют… Всех старшекурсников тоже учили, как бороться с огнём, как оказывать первую медицинскую помощь. Преподаватели, из сильных, могли вообще почти всё!

Так что никаких оснований отказываться от испытаний огненного противодействия не было. Пусть взрывная волна после хлопка горючего газа – горячая и опасная, но если количество взорвавшейся смеси невелико, слизеринцы пострадают умеренно.

Да, мисс Грейнджер именно так думает. Она мысленно уже взрывает смеси горючих жидкостей и газов, воздействуя на противников облаком… облачком огня. А мистер Поттер думает о бомбочках. Пока магии в нас мало, мы врага другим достанем, вуаля!

Мистер Поттер довольно долго переживал своё обезоруживание. Чудесно показавший себя гвоздемёт был конфискован деканом Минервой Макгонагал, и явно с концами. Ладно, хоть не схлопотал отработку. Конечно, он предпочёл бы в наказание за начинку слизеринских задниц гвоздями драить кубки и прочее, но зато остаться с автоматическим оружием, невиданным в Хогвартсе.

Однако деканша была непреклонна, чётко дав понять, что владельцу хитрого механизма его больше не видать. Дескать, нечего подобными магловскими штучками благородные шкурки дырявить, заклинания учите, Поттер, вы волшебник, а не магл! Хотя гвоздемёт и был магически усовершенствован Хагридом, да только кого в такой школе это будет волновать?

Мистер Малфой тоже переживал магическое бессилие перед развёрнутой и наступающей на него отвратительной магловщиной поттеровского разлива! И про гвозди сколько уже в рифму изощряется, гнусный полукровка, ведь вообще не останавливается!

За каждый гвоздик, терзавший его чувствительную плоть, ты, Поттер, заплатишь страшно и неоднократно, до чувства полного самоудовлетворения пострадавшего наследника! Гвоздить Малфоев категорически нельзя! Можно слегка пригвоздить его вассалов, но не более. А набить самую родовитую задницу Хогвартса целой унцией магловского металла – немагоугодно, слышишь, ты, Поттер?

Малфой Драко всем вопит,

Ему Поттер говорит:

«Висеть будешь на гвозде,

И терпеть всегда, везде!»

Малфой был нафарширован,

Он металлом очарован,

В Драко гвоздики хранят,

А вассалы лишь ворчат:

– Этот Поттер мечет гвозди,

В гвоздемёте их ведь грозди!

Тот металлом так плюёт,

Что до мышцы достаёт!

Наши мышцы – ягодичны,

И к гвоздям теперь привычны!

***

Что же, раз избранного для чего-то там мальчика деканша обезоружила, выдав слизням головой, как в старину говорили, то плакать не будем, мы же не Малфой! А думать будем, как воевать дальше, уже без гвоздемёта.

Малфой же не отцепится, так? Поэтому надо расширять уже имеющийся антитварный защитный комплект. Как-то: бомбы навозные, слезоточивые, самодельные, осколочные и кислотные, а также порошок мгновенной тьмы.

Опытным путём выяснилось, что распыление горючих жидкостей и порошков, особенно взвесей масла и бензина, оказывается, рождало эффект слабой Бомбарды. Это магоёмкое, опасное и запрещённое в школе заклинание, как известно, не отличалось особой точностью.

Самодельная как бы Бомбарда тем более не отличалась. Но при использовании достаточного количества огнеопасных жидкостей показывала себя на должной высоте. Ведь огонь пугает всегда!

Гермиона и Гарри учились распылять пары бензина, подальше от себя, а потом, с безопасного расстояния, добавлять немного кислорода и машинного масла, отработанного и позаимствованного у Дурсля-старшего, счастливого мерседесовладельца.

Масло в кислороде вызывало мгновенную вспышку, отчего тут же следовала аналогичная реакция бензиновых паров, с хлопком и приличной ударной волной. Необразованные юные маги дико пугались, считая, что это слабая невербальная Бомбарда, в сочетании с неудачной попыткой вызвать жутчайшее Адское Пламя, которое Адеско Файр. И молодцы, что так считали!

Однако не пламенем единым, что вы, что вы! Пускай враг испытает напор всех стихий: будет сдут ураганом, смыт наводнением, засосан мерзейшей грязью… и поджарен, вот. И заморожен тоже!

Мистер Поттер ещё раз попробовал курощать врагов жидким воздухом, и без всякого пари, жертвой которого так бесславно пали чудесные туфельки Малфоя, из лучшей змеиной кожи. Впрочем, редкая питонья кожа, став ценным трофеем, пошла в зелья, и это скорее славно, чем бесславно.

А для нового курощения холодом преисподней мистер Поттер нахально отвёл глаза ассистентке Снейпа, невербальным Конфундусом, буквально на полдесятка секунд, пустив заклинание в спину. И успел утащить из зельеварни весь сосуд Дьюара. Добби как раз предупредил, опираясь на информацию громкого мистера Гойла, что слизни отправились позаседать.

Прежде чем разлить кислород перед слизнями в туалете, под мантией-невидимкой, мальчик со шрамом предпринял некоторые сюрпризы. А именно, сначала шарахнул по кабинкам уже вполне годным для выполнения замедляющим Иммобилисом, не сильно-то простым. И сразу парализовал всех заседавших ещё более сложным Петрификусом Тоталусом, ненадолго, потому что на троих нужно много магии.

Потом вылил основную часть леденящей жидкости, отчего помещение заволокло паром, и сбежал. Разумеется, вместе с сосудом, и не забыв запереть дверь на суперклей. Снова отвёл глаза смазливой девице-ассистентке, и вернул ёмкость на место. Хорошо сработали добротно выученные заклинания, и магии в резерве ещё прилично осталось…

Пусть Снейп потом недоумевает, по какой причине жидкий воздух взял и как-то сильно улетучился? Раз этот резервуар открывают весьма редко, о чём мистер Поттер в курсе. Он ведь сначала всё разузнал, в подробностях, потом обдумал – и вуаля!

Между тем за столь ловко запертой дверью творилась нешуточная драма. Ведь туалет после испарения большой и очень особенной лужи на полу превратился в настоящий морозильник, совершенно настоящий. Ударило холодом, прямо как сильным заклинанием, по всем присутствовавшим, а те и пошевелиться первое время не в состоянии!

Наследник Малфой немного примёрз к унитазу, отклеиваться было больно. И очень поморозил нос, уши и мизинцы, до сильного распухания. Его-то паралич прошёл довольно быстро, но расколдовать вассалов трясущейся от холода рукой удалось далеко не сразу. И те запертую как-то очень хитро дверь выбивали долго, недопустимо долго!

В результате благородная тонкая белая кожа была серьёзно повреждена и отдавала ярко-розовым, до ярко-красного. Ужасный цвет, ужасные тона! И ощущения замерзания были просто чудовищны! Да у него сердце чуть не остановилось, так пробирало и колотило! Новые и абсолютно ненужные ощущения…

А также предчувствие того, что от коварного ловкача Поттера можно и ещё что-то узнать, примерно в том же духе. Ведь явно слышался голос Поттера, чего тот и не скрывал! Потому что распевал гадости вроде нижеследующей.

Слышен звон бубенцов издалёка,

То Малфой, замерзая, бежит,

С унитаза был сдёрнут с подскока,

Вот и членик уж криво лежит…

Вскоре слизеринцам пришлось пить Бодроперцовое зелье от простуды, гадость острую! Толстокожие вассалы страдали меньше, но тоже жаловались на обморожение пальцев рук и ушей головы, эти вымогатели шоколада и премии за выбивание двери... Но какое жуткое леденящее заклинание, сильное!

И слышно было, как Поттер в туалете на них колдовал, но там только понятные заклинания прозвучали, поэтому совсем непонятно, как он учинил столько холода? Может, это специальное морозильное зелье? Однако мистер Малфой о таком даже не слышал…

А Гарри, чтобы сбить наследника с толку, как-то поинтересовался, оценил ли он особое зелье «Снежная королева»? Дороговатое и редкое, но несколько минут большого холода даёт. Правда, сильный холод бодрит, Малфой? Или, скорее, всё же едрит? Ты учти, что если нашлось то, что едрит, то можно столкнуться и с таким, которое распроедрит вас всех, вонючие слизни!

Кстати, если на твой прибор налить такого зелья, он рассыплется на кусочки даже от небольшого удара! А ты же помнишь мою крепкую коленку, Малфо-о-ой?

Сильный Поттера удар

Породит меж ног кошмар!

Брызнет членский порошок,

Не ходить тебе в горшок!

Стрёмный Драко теперь скромник,

Он купил мочеприёмник!

От последних рифм наследник, обладавший отлично развитым воображением, как-то побледнел и отошёл в сторону, не ввязываясь в продолжение разговора. Потому что сразу вспомнил грустную судьбу изысканной обуви, промороженной какой-то маглятиной и раздробленной пошлыми ботинками Поттера на кусочки, с проигрышем пари. И решил, что беспринципный враг мог использовать и некую низкую магловщину, необыкновенно презренную, но пробирающую…

И новые стишки у него пробирающие, необыкновенно пошлые, до отвращения. Воистину стрёмные, как бы ни криво выглядело это жаргонное словечко! Наследник имеет высокие гигиенические стандарты, и ни в кого не вцепляется, а просто ставит на место всяких якобы избранных. Ведь это не только право, но и обязанность всякого высокородного!

Ты вцепился в меня, как колючка,

Ты вцепился в меня, словно клещ,

Но твоя чёрненькая штучка –

Самая глупая в мире вещь!

Ты решил подкатить-ка придатки,

Ты тупеешь, как будто барсук,

Подари вассалам манатки,

Чтобы с кружевами вокруг!

Мойся, давай, ты в душе почаще,

И тереби свой цветной причиндал,

И считай, что нет его краше,

И маши им, чтоб всяк увидал!

***

Ладно, слизня поморозили, до простуды, и теперь о другом думаем, более важном. Значит, серьёзного железа здесь точно иметь не  дадут, во имя разоружения всех мальчиков-героев. Только контрабандой, если что. В принципе, если носить свинцовый шарик, небольшой, на полфунтика, да на цепочке-ремешочке, и в рукаве, то отмахаться можно.

И попробовать отбрехаться, если застукают – мол, это свинец, а не железо, очень мягкий и непрочный материал, вон, сколько вмятинок, смотрите!.. Ладно, сами там увидим, коли будем посмотреть. Да и отработки за магловщину можно пережить, здоровье важнее. Как глянешь на огромных телохранителей Драсика, так прямо и чувствуешь, что здоровье – важнее!

Значит, пока остаются изделия большой химии, как их называет подруга. Кислоты, щёлочи, перцовые баллончики, слабительные средства, психотропные лекарства, йод, марганцовка, зелёнка… Плюс набор юного химика. Магия почему-то частично презирает физику, отрицая электричество, почти.

Но вот к химии магия лояльна, разрешает любые реакции. Насчёт термоядерных не знаем, но кислоты, щёлочи и соли взаимодействуют в замке чётко по учебнику. Недаром в основе химии – сплошные превращения, то есть чистая трансфигурация! И химия очень разнообразна, но презираема магами, за каковое пренебрежение последует воздаяние.

Чего вы не знаете, то вас и проймёт! Потому что химия – реально сильная вещь, восхитительно многоликая. А Гермиона – обладательница домашней лаборатории, разрушительная часть которой перекочевала в Хогвартс. И не химией единой тоже!

Есть ещё биологическое оружие, оно тоже это, конвенциональное, то есть разрешённое. Если нас тварями тварят… травят, в ассортименте, то и мы вправе отметить вас… э-э-э, отметелить вас… В общем, ответить вам той же монетой, то есть аналогичным образом. Тварненьким таким, в целях максимального отоваривания, вот.

Точнее, подобием аналогичного образа, потому что у нас какие там твари? Так, тварюшки! Грызуны да насекомые, по мелочи. Да, наша монета мелковата, детская такая. Однако в нужном количестве и в нужный момент! Чтобы вплоть до мементо мори, то есть – помни о смерти!

***

Ушастый вредитель таскал с кухни отработанное растительное масло, тёмное и припахивающее горелым, которое потом оказывалось в обуви и карманах как мистера Малфоя, так и вассалов. С точки зрения Добби, это крошечное вредительство, мельчайшее.

Конечно, Добби чувствует лёгкое недовольство магии замка за преумножение загрязнений, но оно тоже мельчайшее. Зачем магии размениваться на пустяки? Это и низшему эльфу понятно. Ведь наследник легко очищает свою обувь изнутри, только ругается, и всё. Правда, ему также приходится убирать масло из просторной обуви своих вассалов, из-за чего бывший младший хозяин очень сильно ругается.

Особенно когда надо чистить замасленные носки, на это нужно две или даже три попытки. Поскольку заставить вассалов часто менять носки – это непросто, спросите хоть у Рона Уизли! А если им подливать и в карманы, как придумал Добби, то времени на очистку уйдёт гораздо больше…

Добби так шутит, про носки и Рона, он научился шуткам у великих детей, и ещё немножко у Пивза, очень большого шутника, правда, крайне неприличного. Однако Добби умнеет, и понимает, какие шутки – приличные и детские, или сравнительно детские, а какие пошлые и непристойные. Если поступать с мистером Малфоем немножечко пошло, то Мать-и-Магия простит, это говорит интуиция чувствительного эльфа, поборника (красивое слово!) справедливости…

***

…О, никчёмный Добби не смог полить ненужным маслом внутренности слизеринских сумок, его внутреннее служение порядку противится такому вредительству, не совсем мельчайшему. Добби не виноват, то есть меньше виноват! Но он, будучи мелким ушастым вредителем-невидимкой, смог добавить чуть-чуть масла в шоколад и фрукты, припасённые Драко Малфоем для перекуса.

Пожалуй, масла было всё же не чуть-чуть, а больше. Потому что наследник даже визжал. И обвинял слуг в недостатке бдительности, хотя те не виноваты. У Добби очень высокая невидимость. И скорость высокая, он же электровеник, как говорит мудрейшая из девочек. Добби отличный электровеник, уверенно работающий под невидимостью!

Опыт с замасливанием продуктов дал противоречивый результат. Его бывший совершенно не может есть замасленный шоколад. И фрукты тоже не может. А вассалы могут, особенно шоколад. И на их физиономиях хорошо заметно отсутствие сочувствия боссу, а только интерес к полученной еде, и всё. Босс это тоже видит и сердится.

А слуги между собой прямо говорят, что Поттер умеет и нормально вредить, намасливанием, например. Все бы так вредили! Потому что шоколад у босса самый лучший, и фрукты отличные, а масляную обувь он просто превосходно чистит, раз магических талантов такая куча. Даже с замасленными носками справляется, видный умелец! Да их после его чистки ещё носить и носить, не меняя!

Поэтому низший эльф Добби обеспечит своему бывшему дополнительный фронт работ, как учат героический сэр Гарри и его мудрейшая подруга…

Изъяны и обезьяны

Чувство юмора вассалы мистера Малфоя поначалу имели смутное, одно на двоих. И если у небезызвестных близнецов это было, не дай, Мерлин, каждому столько, то у Крэбба с Гойлом так себе, Филчу с миссис Норрис похихикать.

Впрочем, шуточки Поттера силачи неплохо понимали, только иными умными словами не сразу проникались. И относились к поттеровскому юмору предвзято, копируя босса. Но порой незаметно для себя и улыбались, от некоторых удачных словечек, вызывая гнев мистера Малфоя.

Неважное чувство юмора было очень мелким недостатков двух крупных телохранителей, любителей побоксировать, и не только в спаррингах. Они и на внутришкольную охоту любили ходить – чтобы и кулаки почесать, и разжиться чем-нибудь интересным, раз у слизеринцев фиг отберёшь!

То ли дело барсуки, у них среди младших крупных мальчиков почти и нет, а драться толком вообще никто не умеет. Главное, палочку не дать использовать, и на старших не натыкаться, и тогда очень симпатичные охотничьи результаты достигаются, как относительно ценных продуктов и лакомств, для вечернего и ночного дожоров, так и кое-каких ценных вещичек!..

Вполне очевидно, что даже самая умная голова обычно проигрывает в споре с тяжёлым тупым предметом, вроде Гойла или Крэбба. А у Драко отдельный юмор имелся, немалый, но особенный, больше для других, а не себя. Потому что наследник очень тренированный в этом смысле, его и дома спрашивают, и на факультете тоже, да как не строже, чем родители…

– Этот Крэбб только что сальных свечек не ест, потому что невкусно, а Гойл стеклом не подтирается, потому что не умеет и ждёт, пока заклинание очищения выдолбит! А оно не выдалбливается и не выдалбливается, блин блинский такой! – пошучивал Гарри, не без злобности, помня увесистые удары вассалов в героическое лицо и тело.

Но со временем в Крэббе тоже свой юморок завёлся, хитроватый. В Гойле – только простоватый, и редко, а в Крэббе – похитрее и побольше. Со временем это и Миллисента Булстроуд заметила… Наверное, потому что магия замка помогает развитию, и преподаватели тоже.

Впрочем, и мистер Малфой-младший понемногу подтягивал вассалов, чтобы совсем уже на уроках не позорились, и заодно британский юмор на них оттачивал, как и на прочих однокурсниках. Грег и Винсент постепенно проникались, и всё лучше понимали, что именно имел в очередном стишке Гарри Поттер, местная поэтическая величина…

У Малфоя-чепушилы

Есть два крупненьких страшилы!

Они Драко охраняют,

Ах, носки вот не меняют!

***

– …Я слышал, что в Индии, которая наша колония, бывшая, есть такие специальные индусы, которые йоги. И они умеют на гвоздях спать, представляешь, Винс? Раньше думал, ерунда. А теперь кажется, что полезное умение, как считаешь?

– Верю, Грег, полезное. Я бы даже попробовал, ну, под настроение. Шкура, конечно, своя имеется прочная, очень даже дублёная, с заслуженной седалищной мозолью, на случай кнута. Но тренировки лишними не будут. Потому что каникулы – трудное время, хотя и долбить не надо.

Но отец же задолбает, своим кнутом! Кто-то из наших даже стихами про воспитание сказал, мне так понравилось! Даже запомнил, представляешь?

А жизнь – трудна,

Жизнь – это боль,

Воняет в судне…

А боль – нудна,

Отца контроль,

Награды скудны!..

– Вот правильно сказано! Прямо вот про меня! И судно полное, после плетей, вместо наград – снятие предыдущих взысканий, обычно условное. Да, жить трудно и нудно, а ещё боль эта… Только куда деваться, раз мы из тёмных семей?!

Давай, рассказывай его ещё и ещё, я тоже выдолблю. Правильный стишок, даже самому хочется им говорить и говорить!

– Ну да, магия слова, как Брюква выражается, все дела, ага!

– Всё-таки этот Поттер довольно жестокий, магловскими гвоздями нас начинять, и босса тоже, как считаешь, Винс?

– Да как тебе сказать, Грег? По-моему, нормально он защищался, мы же, типа, первые начали, во имя интересов рода Малфой, так? Для школы нормально, вроде, это же тебе не с лестницы кувыркаться… Когда в спарринге ты мне челюсть ломал, больнее было, чем гвозди в задницу. У меня же тренированное там всё, если плеть-двенадцатихвостка, основным блюдом, и кнут, на гарнир…

Тебя же шестихвосткой обычно пользуют, так? И Помфри быстро эти железки собрала, и даже хихикала – дескать, никогда ещё гвозди оттуда не доставала, их же обычно глотают. Ну те, кто пьяный, или совсем уже…

– Кстати, о гвоздях. Я слышал, Винс, что у Малфоев заведено соревнование, командное, с соседями – выставляют команды своих домовиков, и те задницами гвозди дёргают, не до конца прибитые, на время. Ну, пари там заключают, когда гости и пикник, вот. Интересно…

– И я слышал, только без подробностей. Но я считаю, что это как-то не очень интересное соревнование, наш бокс намного честнее, вот уверен. И этот Добби почему хозяевам изменил, и от Малфоев прямо в школу смылся, на лёгкие хлеба?

Надёргался гвоздей, вот и того, повредился. У эльфов же задницы почти что и нет, я видел, когда мне уши пришивали… Чем там дёргать, вообще непонятно! Я бы домовиков и для дёрганья не использовал, и к потолку за уши не прибивал, зачем? Пусть у них и большие уши, удобные такие…

Пинал бы под настроение, на дальность, и всё. Домовики лёгкие, должны далеко летать, так? Или высоко, так тоже интересно. Жаль, нету у нас своих эльфов, и не предвидятся, дорогие, заразы, и редкие…

Кстати, я тоже дёргал, нечаянно, когда на такой сволочной гвоздь, с торчащей шляпкой, с размаху сел. Мне не понравилось, хотя нормально выдернул, там небольшой был, и не кривой, хотя ржавенький немножко, да. И чувствовался, до самого вечера…

А почему выдернул, и с первого раза, и не желая того? Потому что привык задницу напрягать, на всякий случай. Обычно если лупят, надо расслаблять булки, тогда меньше боли. Так считается, слышал же, Грег?..

Вот, и я слышал. Но попробовал расслабить – и знаешь, не почувствовал разницу. Поэтому сжимаю, всегда сжимаю, и от этого даже легче, чем от расслабления. Потому что, когда зубы сжимаешь, то всё остальное тоже сжимается, и задница слушается, стискивается. Вроде легче, я так чувствую… Да, стиснуть легче, чем расслабить, у меня так.

– Вон оно как, ага, ага… Это у тебя, Винс, наверное, от семейного кнута такая, эта… уравнительность, данная в ощущениях, как кто-то из преподов болтал, запомнилось зачем-то… Я тогда тоже попробую стискивать, вдруг поможет?

Разок-то можно посжимать, ведь когда сильно бьют, то трудно расслабить, ты верно сказал, у меня тоже так. Может, действительно лучше напрягаться? Эх, что за жизнь такая – в школе напрягайся, на каникулах напрягайся, Поттер этот ещё, гвоздильщик заживо…

***

…Этот Поттер – почти как босс, тоже всё про всех знает, наверное, агентов покупает себе, как сам Малфой. Поёт всякое ненужное, типа, Грег родился с изъяном, а мистер Крэбб – обезьяной… И выкрикивает тоже совсем ненужное, этот, как его, компромат, вот!

Мистер Поттер между тем словесно изощрялся:

– Гойл, верни награбленное в мозолистые пуффендуйские головы… руки, я хотел сказать, ты, часовых дел мастер! Ибо ты – скотина и раб господина, который тоже скотина! А портреты всё-всё видели, разбойник ты, прислуживающий и хужесквибный!

Слизню слуга и магии позор,

Ты, Гойл, всего лишь мелкий вор!

Пусть жалок крайне глупый тот барсук,

Но отнимать часы – так это ж выбор сук!

– О, Малфо-о-ой, о, этот гнусный прелюбодей, согрешивший с крупной человекообразной обезьяной… с тобой, Крэбб! Но чем ты лучше Гойла, прочный Крэбб, чем? Даже часов нормальных тебе не украсть, альтернативно одарённому!

…Вот же не останавливается собака Поттер, и прозой, и стихами! Да, часов пока не добыл, но денежки кое-какие перераспределять получается, откуда это бардику-полукровке знать? И он не считает себя лучше Гойла, потому что тот немножко быстрее соображает, и удары у него есть очень хорошие, фирменные…

Ну, согрешили как-то, втроём, с кем не бывает, они же просто руками, чисто для удовольствия. Да все так делают… наверное! Ненаказуемо же… красивое слово, не зря учил. Никто же не видел, только Поттер как-то подсмотрел, он очень коварный!

Кстати, человекообразные хорошо выглядят, у них очень людские морды, все эмоции видать, не то что у аристократов всяких! У тех только презрение хорошо видно, а чтобы нормальное что-то, так куда там. Приматы очень крутые!

Хотя, если вспомнить, на морде Драко они уже все эмоции видели. Особенно когда был откушен… или в унитаз нырял, волею Милли могучей, там эмоции уж били так били! Хотя аристократ должен с каменной мордой ходить, показывая, как ложил на всё… поклал на всех… положил и вообще забил!

Как-то босс на серьёзную обезьяну мало похож, основательности в нём почти нет, а видимость одна. И голос совсем несерьёзный, визгу много. Особенно когда волнуется, боится или сердится. Да мартышкин он какой-то, суетливый. Точно, босс та самая мартышка и есть, только без хвоста.

Нет, павиан, раз он задница такая, что всем бросается в глаза. Босс любит в глаза бросаться, неважно чем... И еще сам бросает, особенно Секо, фирменное. И стишки тоже, босс крут в поэзии, что есть, то есть. Только павианы стаей нападают, а босс индивидуалист. Но когда нас трое, это же стая, верно?

Только Поттер может, иногда, и ещё лучше стишками закидать, он тоже в рифмах разбирается, да к тому же под гитару. А напевать всяко лучше, вот Поттера и цитируют, постоянно. Он же коварный, и у него именно против наследника сейчас в основном всё придумано и придумывается, отсюда ущерб благородным репутациям.

Потому что и вассалы от стихов страдать умеют. У самого наследника только один настоящий хит получился, про Уизли, который волшебник-недоучка и всё на свете только кое-как, то есть через задницу. А те стишки, что про Поттера, грязнокровок, предателей крови и сквибов, обычно только на Слизерине повторяют, и не так уж часто. Да, босс немного проигрывает, что очень несправедливо…

И что наследник на неправильную обезьяну смахивает, тоже как-то неправильно. Вон, те же орангутаны, если бы не рыжий цвет, отлично бы смотрелись. А так на Уизли слишком похожи. Блондин-орангутан очень круто бы выглядел…

Зато в горилле сколько солидности, если самец, и мощи! И телосложение богатое, совсем как у мистера Крэбба! У гиббона руки длинноваты, некрасиво, да и мелковат. А вот шимпанзе ничего так выглядит, бойкий. И сильный!

Маленький, как домовой эльф, почти, а четырёх мужчин способен раскидать, если разозлится. Да и зубы сильные, как у собаки, обезьянок других видов запросто рвёт и вкушает, раз не человекообразные. Прямо как маг с маглами обращается, это он умно так сообразил… Про такое мясоедство и силу Хагрид на уроке рассказывал, когда разных зверей и тварей сравнивал. Дескать, домовые эльфы очень сильные, круче любой обезьяны, даже шимпанзёвой.

Неприятно было слышать про преимущества заведомо низших существ, хотя и не так чтобы сильно неприятно. Потому что эльфы полезные зверьки. Ему же ветеринарный эльф Малфоев хорошо уши пришивает, и бровь, рассечённую тогда же бильярдным кием, сразу вылечил.

Очень полезный зверёк, как его там зовут, не то Бруньке, не то Шпуньке? Да он того эльфа вообще никогда не бил, раз в мистере Крэббе благодарности почти до фига, особенно после того как дома повоспитывают, даже и без кнута. Эльф тогда хорошо помогает.

Да, особенно когда папашей за уши и в стенку, раскрутив. Отец, чтобы уши сразу не отрывались, ещё и за волосы прихватывает, и потом ка-ак метнёт в стенку! Ни разу ещё не промахивался, каким бы пьяным ни был. Или тем же бильярдным кием по башке, по башке! Или метлу прямо в…

Очень плохая тема, он после наказаний плохо выглядит, и с трудом отсылает сову своему боссу, чтобы прислал домовика-ветеринара. Драко всегда присылает, он ответственный сюзерен! И внешний вид быстро меняется, потому что эльф быстро зашивает и пришивает, и кровь останавливает. Только обезболивает слабо…

И выглядит очень позорно, куда хуже павлинов, которых в мэноре обихаживает, благородных птиц. Ха, а босс-то на павлинов похож, и не меньше, чем на обезьянку… Вот мартышки всякие, с павианами-бабуинами, те плохо выглядят, потому что хвост. Особенно павианы, у них задница разноцветная, прямо как у босса после Поттера, и морды противные, как у Рональда…

Точно, павлины красивы и спесивы, а павианы – болваны и мужланы! О, в рифму получилось, потому что пример босса. Ну и Поттера тоже, если по справедливости… Зато высшие обезьяны очень крутые! Их, наверное, высшие эльфы делали, хотя так Грег говорит. А Грег же не самый умный в его окружении, хотя никакой не мелкий вор. Этому Поттеру только бы клеветать!

Пару раз удавалось неплохие заначки у барсуков отнимать, приятно вспомнить. Вот уж попировали потом, в Хогсмите вкусного всякого напробовались, начиная с барбекю и до самого эскимо! Эх, почему в замке не дают барбекю, его же можно хоть три раза в день есть? И эскимо, даже по праздникам, вообще не дают?..

Да, Грег только как мыслитель мелкий, то есть лишь частично, с одной стороны, умственной. Да, в умственной стороне он мелкий, и даже очень, хотя часики славные раздобыл. Та же Милли кроет его мозгами со страшной силой, потому что занимается больше и запоминает помаленьку.

Да, помаленьку, но каждый день, ей же в спаррингах не надо… Пошла в душ, навешала там одной, или двум, чуток размялась-потренировалась, а заодно и помылась. Нормальная Милли, тоже немного на гориллу смахивает, только очень красивую!

  ***

Утром магических сил было полно, и Гарри, увидев бегущих наперерез громоздких врагов, недолго думая, применил только что разученную и ужасно затратную Бомбарду. В школе, конечно, нельзя, но он же её не в препятствие, против которого оно действует, как маленькая граната. А в воздух, в котором она делает лёгкий хлопок, если летит больше десяти-пятнадцати ярдов.

Да, пролетело взрывное заклинание положенное расстояние, хлопнуло, и в сторону движения пошла основная ударная волна, заметная. На которую вассалы Малфоя и налетели. И закономерным образом полетели обратно. А мистер Поттер прикрылся Протего, на остатках магического резерва, и наблюдает, готовый, если что, стартануть.

Ага, удачно он метнул Бомбарду, всё получилось по задуманному. Хотя расстояние оказалось велико, но вассалы отхватили, по-взрослому. Так стартанули, что мистер Поттер может и постоять, полюбоваться результатом. Оба врага только что познали, как именно на большом расстоянии работает Бомбарда. Которая уже не действует подобно взорвавшейся рядом гранате, а выступает снисходительным боксёром-тяжеловесом, в очень мягких перчатках.

Но таким тяжеловесом, который попал. Малфоевских телохранителей отбросило как будто жёсткой и очень массивной диванной подушкой – удар сильный, неприятный, но опасный только вторичными, так сказать, последствиями. В виде неуправляемого полёта и неизбежной встречи с препятствием – стеной, полом, колонной, мебелью и прочим.

Крэбб и Гойл долетели до стены, причём Крэбб первым. Долей секунды позже в него врезался Гойл – на хорошей скорости. Даже с тридцати ярдов было слышно, как в особо прочном здоровяке что-то хрустнуло и он не сдержал громкого вскрика. Дальше были, как выражался Добби, матоизвержения второго летуна.

Крэбб сам так и не поднялся, его потащил Гойл, когда в основном очухался. Очень хотелось добить, но здесь же школа. Ладно, зато есть повод съесть не менее половины шоколадной плитки, а это очень приятный процесс, Добби не даст соврать.

Благодаря шоколадкам Гермионы, сначала привозимым с каникул, а теперь и заказываемым, коль галеончики завелись, от продажи василиска, он стал шоколадозависимой школотой. Как с усмешкой называл сам себя – про себя, делая акцент на первом слове, более красивом.

Потому что школота – словечко Филча. Хотя старик имеет право, иначе многих учеников и не назвать. Хуже можно, и хочется… Типа так, э-э-э-э, если от имени завхоза…

Школота ты, сволота,

Бешеная гнусность!

Не отнимете кота,

Тапком вам всем в гузно!

Это он что, Филча пожалел, и миссис Норрис? Нет, это неправильный поступок, мистер Филч в его жалости не нуждается. Противный старик только в его кале нуждается, раз там активные биологические вещества.

Спросил Гермиону, а та морщилась и говорила, что вещества есть, но механизм воздействия от намазывания этим… антишоколадом, так сказать, медициной не изучался. Может быть, это эффект плацебо, то есть самовнушение. Плюс особенности организма сквиба, которые волшебниками тоже не изучались, раз сквибов за людей не считают…

Да, Филч, конечно, такой сквиб, которого только в клетке изучать, хагридовскими методами. Да ладно, в гробу он видел мерзкую старую вонючку… увидит! Когда-нибудь. Хагрид же обещал, что все враги когда-нибудь помрут, приятно было услышать.

Хотя и школота эта Филчу подстать, хулиганить обожает, а здесь же школа, какая-никакая. Сначала такие ученички, потом из них Снейпы с Филчами вырастают, вот же фигня…

Кстати, и Добби сделался таким же шоколадозависимым – первым из домовиков. Хотя почему сделался? Обработан мистером Поттером, весьма героично, и сделан! На славу сделан!

– Так, Добби! Будь добр, принеси из спальни Малфоя образцы сладостей для важных экспериментов: по конфете из каждой коробки, и по квадратику из каждой плитки. Если плитка шоколада не разделена, то отломи кусочек для образца, но неаккуратно. Пусть думает на телохранителей. Пока Малфой ругается не с нами – он лучший из возможных Малфоев, правда, Добби?

– Добби точно не знает. Хотя уже почти не боится своего бывшего. Но бывший действительно часто ругается со слугами, долго и визгливо. А слуги басовито отмежёвываются и не признаются.

Хотя имеют в больших рылах много пуха, Добби нравится такое выражение. И мистер Крэбб хитрее мистера Гойла, и порой обманывает мистера Малфоя. А мой бывший чувствует неправду слуги, потому что проницательный и хитрый, но не может доказать и очень злится.

И в это время не тренирует заклятий. И ничего не читает тоже. И даже не упоминает имён великого и мудрейшей, с исключениями. Но часто воспитывает слуг жалящими заклятиями, которые хорошо выучил. Добби понял задание мальчика-героя, и выполнит его. Он может схлопнуться и пока заниматься на кухне?..

***

Этот Добби – правильный эльф, слово «эксперимент» воспринимает с суеверным почтением. Принёс образцы самого разного шоколада, одиннадцать образцов. А они с Гермионой всё попробовали, в рамках эксперимента по выяснению потребительских качеств особо выдающегося шоколада и конфет.

И полконфетки Рональду оставили, желейной, потому что мистер Поттер и мисс Грейнджер предпочитают другие начинки. Вторую половинку слопал Добби, и плакал от счастья, потихонечку, в уголочке. А потом читал учебник с арифметическими правилами, молодец…