Есть у мошенников одна большая проблема. Они работают строго по сценарию. Пока ты послушно идёшь по их скрипту — всё идеально: один представляется менеджером, второй начальником, третий бухгалтером, четвёртый вообще директором. Но стоит сделать один шаг в сторону, и вся эта конструкция начинает разваливаться так быстро, будто её собирали из картона и изоленты.
Решил я посмотреть, как сейчас разводят людей через объявления с девушками по вызову. Нахожу номер, звоню. Девушка отвечает приятным голосом, называет цену — 22 500 рублей за ночь. Всё звучит максимально буднично. Я уже понимаю, что никакой девушки не существует, но интересно же, насколько далеко они готовы зайти.
Не проходит и минуты после «оплаты», как начинается классика жанра.
— Вам необходимо внести страховой депозит.
Вот этот момент меня всегда восхищает. Какая ещё страховка? Я проститутку вызываю или квартиру в новостройке покупаю? Такое ощущение, что сейчас ещё попросят предоставить справку 2-НДФЛ, оформить КАСКО и выбрать процентную ставку по ипотеке.
Тут в разговор вступает какой-то Мансур. Причём сразу начинает общаться так, словно мы знакомы лет двадцать.
— Брат, не переживай. Девочка уже сидит в машине. Осталось только страховочку закрыть.
Люблю это «брат». Когда абсолютно незнакомый человек начинает так к тебе обращаться, можно даже не гадать, чем закончится разговор. Либо попросят денег, либо предложат бизнес с доходностью 300% в неделю.
Мансур очень убедительно объясняет, что страховка — это временный платёж, который потом обязательно вернут. Конечно, вернут. Как же иначе. Видимо, сразу после того, как принц из Нигерии перечислит мне наследство.
Я специально начинаю немного путаться. Спрашиваю, куда переводить, делаю вид, что неправильно понял реквизиты и якобы отправляю деньги «не туда». После этого происходит то, ради чего вообще стоило затевать весь разговор.
У Мансура буквально зависает операционная система. Несколько секунд тишины, а потом обречённое:
— Брат… ты не туда перевёл…
Странно. Буквально минуту назад это были абсолютно правильные реквизиты. А теперь выясняется, что они неправильные, деньги «сгорели», касса «закрылась», электронная система «сломалась» и спасти ситуацию может только ещё один перевод.
Меня всегда поражало это слово — «сгорели». Такое чувство, будто где-то в подвале сидит специальный человек и, как только клиент ошибается с переводом, молча бросает его деньги в огромную печку. Без этого, видимо, мошенническая схема не считается завершённой.
И вот тут начинается настоящий спектакль. Вместо одного Мансура появляются ещё какие-то люди. Сначала «брат Мансура». Потом «старший». Потом «директор салона». Потом ещё кто-то. В какой-то момент мне показалось, что если разговор продлится ещё минут десять, то на связь выйдет министр финансов этого борделя и попросит согласовать бюджет на следующий квартал.
Самое смешное было даже не в количестве людей, а в том, что они совершенно не понимали, кто из них сейчас со мной разговаривает. Каждый звонил отдельно, каждый требовал перевести деньги именно ему, а когда я говорил: «Подождите, мне сейчас другой ваш сотрудник звонит», — в трубке наступала такая пауза, словно они только что узнали о существовании друг друга.
