Все должности, предприятия и персонажи вымышлены.
Любое сходство с вашим производством является диагностически значимым.

О том, почему не всякий очевидный мусор следует немедленно выкидывать нахуй

На старой фабрике сменился главный механик. Предыдущий ушёл на пенсию, передав наследнику документацию, связку ключей, несколько шкафов с запчастями и традиционное:

— Там в целом всё работает. По месту разберёшься.

Фраза «по месту разберёшься» вообще является одним из древнейших способов передачи технической документации.

Новый механик был человеком деятельным. Не из тех, кто способен год смотреть на ржавую железку и рассуждать: «Ну раз стоит, значит зачем-то нужна». Он придерживался более практичного подхода: если вещь выглядит как хуйня, занимает место как хуйня и никто не способен объяснить, зачем она нужна, вероятность того, что перед вами действительно хуйня, достаточно высока.

Во время первого обхода территории возле насосной обнаружился небольшой деревянный сарай. Не склад, не мастерская, не электрощитовая — просто сарай с перекошенной дверью, рубероидной крышей и прямоугольником свежей краски на стене.

Внутри лежали кусок железнодорожного рельса, два бетонных блока, старая ручная лебёдка и несколько роликов. Через всё это проходил толстый стальной трос, который через дыру в стене уходил куда-то в сторону эстакады.

Никакой таблички. Никакого номера оборудования. Никаких признаков того, что существование этой конструкции когда-либо официально признавалось предприятием.

Механик позвал слесаря.

— Это что?

— Сарай.

— Я вижу, блядь, что сарай. Внутри что?

Слесарь посмотрел внимательнее.

— Рельс.

— Нахуя?

— Не знаю.

— Блоки?

— Не знаю.

— Лебёдка?

— Хуй знает.

— Трос куда идёт?

Слесарь посмотрел в направлении троса.

— Куда-то туда.

На этом первичный технический аудит объекта можно было считать завершённым.

Механик, однако, решил проявить профессиональную добросовестность. Спросил электриков, технологов, начальника смены. Никто ничего определённого не знал. Самый содержательный ответ дал старый машинист насосной:

— Ты его лучше не трогай.

— Почему?

— А хуй его знает. Его никто не трогает.

Вот тут профессиональное самолюбие механика начало понемногу чесаться. Потому что когда специалист задаёт вопрос «зачем это существует?», а технический персонал предприятия отвечает «потому что существует», где-то в мире тихо умирает один технический регламент.

Через неделю началось благоустройство территории, и сарай вполне закономерно попал под демонтаж.

Рабочие разобрали стены. Рельс отправили в металлолом. Бетонные блоки погрузчиком отвезли к складу. Лебёдку бросили в кучу старого оборудования. Трос перерезали болгаркой.

Стало красиво. Освободилось место. Даже начальство, проходя мимо, одобрительно заметило:

— Вот. Совсем другой вид.

Механик испытал редкое и приятное чувство человека, который наконец навёл порядок.

Продлилось оно минут двадцать.

Позвонил технолог.

— Слушай, у нас пульпопровод возле насосной что-то дёргается.

— В смысле дёргается?

— Ну... раньше вроде так не дёргался.

Механик вышел посмотреть. Пульпопровод действительно слегка ходил — пока не критично, но уже достаточно заметно, чтобы перестать считать звонок технолога проявлением богатого воображения. Насос работал штатно, давление было нормальным, подшипники никаких претензий к жизни не предъявляли. Решили наблюдать.

Через пять минут технолог позвонил снова:

— Он сильнее дёргается.

Теперь труба уже совершенно определённо выражала несогласие с происходящим.

Ещё через минуту в рации раздалось:

— НАСОС ОСТАНАВЛИВАТЬ?!

— ОСТАНАВЛИВАЙТЕ НАХУЙ!

Насос остановили. Пульпопровод постепенно успокоился.

Возле насосной собрался технический консилиум. Механики смотрели на трубу, электрики — на механиков, технолог — сразу на всех.

Кто-то осторожно начал:

— Может, частотник...

После этой фразы главный механик почувствовал приближение НЁХ и распорядился частотник пока оставить в покое.

Вместо этого решили выяснить, что изменилось.

Насос тот же. Параметры не меняли. Арматуру не трогали. Технологический режим прежний.

Один из слесарей некоторое время молча смотрел на пульпопровод. Потом перевёл взгляд на место, где ещё утром стоял сарай. Потом — на обрезанный трос.

— Э-э-э...

Это знаменитое инженерное «э-э-э», после которого обычно либо находится причина, либо требуется срочно искать огнетушитель.

Позвали Петровича.

Петрович пришёл, посмотрел на пустое место, потом на обрезанный трос, потом на остановленный насос.

— А сарай где?

— Разобрали.

Петрович помолчал.

— Нахуя?

— Петрович, что там было?

— Демпфер.

На несколько секунд установилась идеальная производственная тишина.

— Какой ещё, блядь, демпфер?

Выяснилось, что много лет назад после замены участка пульпопровода на определённом режиме появилась вибрация. Переделывать опоры было долго. Заказывать расчёт — ещё дольше. Поэтому кто-то из древних механиков решил проблему тем, что имелось под рукой.

От трубы протянули трос через систему роликов. На другом конце повесили бетонный противовес. Кусок рельса использовали как направляющую, а лебёдкой регулировали натяжение.

Выглядела конструкция как тяжкое преступление против инженерной эстетики.

Но работала.

Причём настолько хорошо, что прожила несколько лет, после чего окружающие перестали воспринимать её как устройство и начали воспринимать просто как часть ландшафта.

Потом вокруг механизма построили сарай.

— Зачем?

— Чтобы противовес снегом не заметало.

— А документация?!

Петрович задумался.

— Была.

У механика появилась надежда.

— Где?!

Петрович показал на одну из досок от разобранной стены. Под слоем свежей серой краски проступали остатки старых красных букв. Краску немного соскоблили и восстановили надпись:

НЕ ЛОМАТЬ. РАБОТАЕТ С Н-4.

Механик долго смотрел на неё.

— А почему это в схеме не указано?

— Так схему Коля рисовал.

— И?

— Он тогда уже уволился.

— А кто сарай строил?

— Мы.

— И никто не подумал оформить изменение?

Петрович искренне удивился вопросу.

— Мы же написали.

И показал на стену.

На следующий день рельс вернули. Бетонные блоки нашли и привезли обратно. Лебёдку извлекли из кучи металлолома. Трос натянули заново.

Насос запустили.

Пульпопровод успокоился.

На сарай повесили уже нормальную металлическую табличку:

ДЕМПФИРУЮЩЕЕ УСТРОЙСТВО ПУЛЬПОПРОВОДА Н-4.
БЕЗ СОГЛАСОВАНИЯ НЕ ДЕМОНТИРОВАТЬ.

Петрович посмотрел на табличку и одобрительно кивнул.

— Ну теперь понятно.

Потом немного подумал.

— Только вы тот кирпич в насосной тоже пока не выкидывайте.

Механик медленно повернулся.

— Какой кирпич?

— Которым дверь шкафа подпёрта.

— Петрович...

— Я не знаю.

— ПЕТРОВИЧ.

— Но она лет десять так стоит.

Механик закрыл глаза.

Исследование продолжилось.

ТЕОРЕМА ШВАБР

НЕПОНЯТНОЕ НЕ РАВНО БЕСПОЛЕЗНОМУ.

Если в старой системе обнаружилась перемычка, странный коэффициент, непонятное реле или сарай с рельсом внутри, отсутствие очевидного смысла ещё не означает отсутствие функции.

Возможно, эта хуйня держит потолок.

Это не оправдывает колхоз и не требует сохранять его навечно. Это означает только одно:

сначала выясни, что эта хуйня фактически делает, а уже потом убирай её нахуй.

Потому что иногда самый быстрый способ окончательно сломать старую систему — сделать в ней всё правильно.

Есть еще у нас предприятия (крупные проекты, с вложениями более десятков миллиардов) - где реально всё делается по нормам и правилам? И где не заставляют запускать объекты, которые еще потом приходится допиливать не один месяц...

Жду активного обсуждения в комментариях!

Роль выключателя «байпас» в данном случае выполняет авт. выключатель QF2. При его включении подается напряжение на НЗ-контакты релейного блока и катушки всех промежуточных реле подтягиваются принудительно при любом положении реле релейного блока. (реле много не бывает)
Минус такой схемы очевиден – при неисправности самого релейного блока и необходимости его из шкафа изъять, автомат QF2 становится бесполезен и в любом случае требуется перекоммутация для аварийного запуска устройств.

Промежуточное решение на схеме 2:

В этом случае автомат «байпас» уже подтягивает катушку своего реле, которое принудительно отправляет напряжение напрямую на промежуточные клеммы.
Плюсы: «байпас» работает в обход релейного блока и реле. Можно пол шкафа отправить в отпуск, а все устройства продолжат работу.
Минус: все контура (или насосы, или приводы, или чем бы мы не управляли) включаются одновременно. Решение пришло позже, об этом ниже.

В прошлом посте мы писали, что у первых шкафов не было схем даже в теории. Во-первых, щиты были редким явлением. Во-вторых, устройство их было до того примитивным, что схематическое их начертание казалось тратой времени.

С развитием и усложнением шкафов мы начали чертить схемы в программе DipTrace – САПР изначально для печатных плат. Под наши задачи и руки эта программа настолько хорошо подошла, что за годы работы мы отрисовали собственноручно все нужные нам компоненты и до сих пор работаем только с ней.

Вот как выглядит сегодняшняя схема щита в его естественной среде:

Кстати, на втором скрине видно, до чего эволюционировала история с «байпасом» - аварийный переключатель ставится на каждый контур. Переключатель на три положения – «авто», «откл.», «вкл.».

С таким подходом получилось обеспечить:
1. Удобное ручное управление в «случае чего»
2. Селективность в ручном режиме
3. Высокий уровень ремонтопригодности шкафа – хоть всю автоматику из него вытащи и управляй себе с переключателей. Ничего менять по коммутации не нужно.

Чуть не забыл про индикаторы написать – их тоже теперь ставим на все контура, насосы, котлы и т.д. С точки зрения управления в них нет никакой необходимости. А вот в случае какой-либо неисправности они весьма облегчают жизнь инженеру. Что думаете?

К чему еще пришли в процессе развития:
1. В первую очередь – схема. Даже самый простой и типовой щит не собирается без схемы. Схема сохраняется, печатается, ламинируется, передается из поколения в поколение и оберегается серьезнее объектов всемирного наследия ЮНЕСКО.
2. Маркировать все, что можно промаркировать. Наборная маркировка на провода, наклейки на все реле, переключатели, блоки расширения. Все, что имеет место и номер в схеме, маркируется и в щите.
3. Сохранять все рабочие материалы – фото, видео, сметы, схемы, промежуточные варианты схем, наброски, файлы наклеек. Лет через 5, когда придет время обслуживать щит или клиент позвонит с каким-нибудь вопросом, это все очень выручит. Проверено и подтверждено собственными шишками. Самый неупорядоченный архив в сто раз надежнее человеческой памяти.

Так или иначе, текущий «гробик» выглядит уже вот так:

«Гробиком» его ласково назвали коллеги-монтажники. Почему не понятно, но название прижилось. Кроме гробиков мы на сегодняшний день собираем автоматику в модульных навесных щитах, во встраиваемых, в двухметровых железных и вообще в чем только не собираем. Но обо всем этом расскажем на следующей неделе. Будет про современные щиты с подсветкой, в целом про возможности автоматики для частного дома и про живые объекты тоже расскажем.

На связи!

P.S.
Если уж вы дочитали до сюда, то и в комментарии заглянуть не забудьте. Расскажите о ваших «ошибках» и изобретениях в процессе работы. Всегда интересно почитать, что изобрели рукастые люди.

И бонус в дополнение к первому посту – архивные фото первых шкафов:

Когда решили перейти в настоящую промышленность — автоматизацию молочных ферм, — мы взяли проверенные модульные контроллеры, которые отлично работали в жилых комплексах, рассуждали просто: они работают, значит, справятся. Установили их на системы навозоудаления, микроклимата и насосные станции...

И сожгли 20 двигателей. Сломали 16 редукторов.

Платы не выдерживали помех от частотников. Контроллеры теряли сигналы с энкодеров, датчиков окружающей среды. Модули ввода-вывода «сходили с ума» от скачков напряжения на длиннющих линиях. Заказчики были в шоке, мы — в "лёгкой панике" (прим. ред.).

Но мы сделали выводы. И поняли: чтобы работать в промышленности, нужно делать ПЛК самим. С нуля (или с ноля). Под наши задачи, под наши условия.

К тому моменту у нас уже был серьёзный бэкграунд: мы занимались пусконаладкой оборудования мировых лидеров на крупнейших фермах страны. Мы уже конструировали ПЛК, но глубоко в тему не погружались. Однако, работая с разными системами, мы накопили опыт и имели возможность наглядно сравнивать их между собой. И чем больше мы сравнивали, тем яснее видели: готовые решения местами хромают. Мы приближались к идее сконструировать качественный ПЛК...

...который сразу удалось протестировать в экстремальных условиях.

Выбрали самые лучшие компоненты, перебрали схемотехнику, нашли правильные решения по защитам, скомпоновали. И родился ПЛК «Оператор» — контроллер, который выдерживает то, что убивает импортные (да и что уж таить - отечественные) аналоги (кэмон ты выше писал что аналогов нет!? wat?).

Готовое ПО не требует программирования. Ферма получает алгоритмы мировых лидеров с апгрейдом, в веб-интерфейсе, с настройками под любой тип оборудования. А железо, как показала практика, надёжнее многих именитых брендов — аппаратная самодиагностика, 50 мс запуск ядра после сбоя питания (200 мс с полным запуском Wi‑Fi) против ручного перезапуска у DeBoer, например, мощная зона питания, защита от импульсов и помех.

Сегодня наш «Оператор» управляет навозоудалением, микроклиматом, дезинфекцией доильных аппаратов, насосными станциями и сепарацией навоза на крупнейших фермах.

Сейчас мы полностью локализовали в России производство автоматизированных систем для молочных комплексов — Единая цифровая платформа управления фермой: от скреперов и сепараторов до дезинфекции, интеграции с доильными залами, системами управления стадом. И продолжаем делать ПЛК, которые не ломаются.

P.S. На днях записался на конкурс, с мечтами о логотипе от великого и ужасного таланта - @logotipper и решил, что это подходящий момент немного рассказать о себе.

Спасибо, что дочитали до сюдова 🤝

Немного интерактива:

• Что вы думаете о российских ПЛК, стоит ли дальше рассказывать про схемотехнику, технические детали, реальные кейсы, битвы за реестры и реальную поддержку высокотехнологичного производства?

Пишите в комментариях, нам правда интересно, что вам откликается. Нам есть что рассказать — от пайки плат до пусконаладки на фермах, где вас могут зализать в клочья встретить коровы. 🐄